Художник с душой учёного: Andras Mengyan | Artifex.ru

Художник с душой учёного:
Andras Mengyan

Андрас Менгьян (Andras Mengyan) – венгерский художник с душой ученого. Он создает свои флуоресцентные работы не для того, чтобы удивить зрителей или подарить им визуальную эйфорию, а чтобы исследовать тонкую грань между наукой и искусством. Его подход к работе складывается из жажды открытий учёного и творческого порыва художника.

Помимо изобразительного искусства, Андраса интересуют загадки космоса и исследования трехмерного пространства. Корреспонденту Artifex удалось пообщаться с удивительным художником и поговорить о его произведениях. Диалог получился очень необычным и познавательным.

 

Artifex: Коллекция ваших работ невероятно разнообразна. В 1964 году вы начинали с карандашных зарисовок, а сегодня создаете удивительные флуоресцентные инсталляции. Как происходила эта трансформация?

Как вы, вероятно, знаете, я получил степень магистра в области дизайна. Хотя готовился стать художником уже с шести лет. Я так сильно этого хотел, что ради своей мечты посещал все возможные бесплатные художественные школы и курсы. В Академии я научился рисунку, цвету, пониманию пространства и формы, различным технологиям и методам дизайна. Именно там я осознал, что дизайн представляет собой намного больше, чем просто различные преобразования того, что находится перед моими глазами.

Я воспитал в себе привычку исследовать. Меня привлекают новые способы обогащения нашего умственного и визуального «словаря». Говоря иначе, я стремлюсь добавить что-то новое к уже существующим знаниями и чувствам.

Когда я был студентом, у меня была мечта. Я хотел выяснить, как можно получить еще больше информации об известных формах путем логических размышлений. Это был поворотный момент в моей карьере, я увлекся системным подходом к мышлению (ред.: системный подход — это подход, при котором любой объект рассматривается как совокупность взаимосвязанных элементов, имеющая связь с внешней средой). Я разработал собственную систему форм, которую назвал «Логикой формы» (Logic of Form). В то время систематический подход к искусству был весьма популярным во всем мире, так что я стал одним из художников, представляющих его. Я задавал себе множество вопросов: есть ли что-то за пределами трех измерений? а за пределами четырех? Какие бы формы существовали там? Вплоть до 80-х годов я пытался применять системный подход ко всему, что делал.

Artifex: А какой была ваша первая инсталляция?

Однажды, когда я увлекся новой для себя идеей — пространством, меня пригласили организовать выставку в Музее Короля Иштвана (István Király Múzeum). Это была первая мультимедийная выставка, запрограммированная компьютером. Двенадцатиминутная программа, используя световые и звуковые эффекты, позволяла посетителям проходить сквозь различные формы. Инсталляция пользовалась бешеным успехом и вскоре отправилась покорять другие площадки по всему миру. А для меня она стала еще одним поворотным моментом. Я стал создавать множество подобных работ. Именно тогда я впервые стал использовать ультрафиолет. Мне хотелось найти способ еще больше «насытить» мои картины, добавить в них еще больше контраста. Была и другая, более практическая причина: ультрафиолет позволял видеть мои работы в темноте. Таким образом, я достиг сразу трех целей:

  • мои работы можно было видеть как при свете, так и без него;
  • в темноте мои работы обретали некий спиритический оттенок;
  • в темноте зрители могли сосредоточиться на моих работах, не отвлекаясь на все остальное.

С тех пор я стал называть свои инсталляции и прочие подобные работы «Полифоническим визуальным пространством» (Polyphonic Visual Space). Под этим термином я подразумеваю, что зрителю предоставляется возможность увидеть все инсталляции и как единое целое, и как отдельные части. В эти работы я заложил три важные основы: видение в движении, разноплановый взгляд на пространство и альтернативное мышление.

Artifex: Какое послание вы пытаетесь донести миру своими работами?

Я хочу сказать, что необходимо искать новые пути и альтернативы, которые сломают уже известную систему взглядов и расширят наши знания и чувства. А это значит - внедрение новшеств, изобретений и альтернативных точек зрения ради улучшения нашей профессиональной и общественной жизни.

Artifex: Большая часть ваших работ посвящена геометрическим фигурам. Связано ли это с вашей любовью к науке?

Моя приверженность науке очень важна. Оглядываясь назад, на историю искусства, можно проследить его связи с различными ответвлениями науки. Так что, по сути, ничего нового в этом нет. Как только возникает какое-то новое научное открытие или изобретение, оно становится подспорьем для художников. Взаимодействие науки и искусства открывает новые пути для самовыражения и позволяет дополнить наши знания. Я исследовал природу с самого начала своей карьеры, но вскоре понял, что за всем ее богатством есть еще что-то, также имеющее структуру, пропорции и ритм.

Это обратило меня к геометрии — самой точной науке. Ее возможности показались мне идеальным инструментом, позволяющим выразить мои размышления о формах, не прибегая к объектам, встречающимся в природе. Неожиданно я открыл для себя, что с помощью геометрии могу выразить вообще что угодно, даже создать новый мир.

 

Заставляя различные геометрические формы взаимодействовать, я мог рассказывать простые и сложные истории. Они вовлекали зрителей, пробуждали их абстрактное мышление, любопытство и вдохновляли на новые открытия. Хотя иногда, если того требовала идея, я все-таки прибегал к уже известным формам. Ведь идея — это самое главное. Потом остается только выбрать самый лучший инструмент для ее воплощения.

Artifex: Насколько, по-вашему, искусство связано с наукой, в особенности с научным прогрессом?

Мы постоянно наблюдаем связь и взаимодействие науки и искусства. Лично я работал с химиками, электроинженерами, физиками, музыкантами и прочими специалистами. Их помощь была необходима в разработке моих инсталляций. Сотрудничество расширяет область знания и помогает лучше понимать друг друга. Все новейшие изобретения ученых позволяют людям искусства находить для себя новые способы творить.

Artifex: Ваши работы пропитаны космической атмосферой. Вы любитель космонавтики?

Космос — это пространство, объективная реальность, в которой мы живем. В нем — начало всего. Но когда мы «отделяемся» от него или, наоборот, пытаемся взаимодействовать, он тут же приобретает свой особенный характер. Необходимо провести много исследований, чтобы по-настоящему понять эту материю и то, как она реагирует на нас, а мы - на нее.

Мои работы действительно призваны отражать космическую атмосферу по трем причинам:

  • Я пытаюсь понять, что происходит за пределами трех измерений;
  • Мои инсталляции демонстрируют некий иррациональный взгляд;
  • Они показывают сосуществование иррационального и рационального.

Artifex: Я знаю, что какое-то время вы провели в Нью-Йорке. Какие у вас остались воспоминания об этом городе?

Нью-Йорк — фантастический, вдохновляющий и очень разноликий город. Я многому научился там, узнал людей разных культур и национальностей, их многообразные взгляды на вещи. Я очень благодарен Нью-Йорку. Именно он вдохновил меня на создание моей самой первой мультимедийной инсталляции.

Я провел в Нью-Йорке два с половиной года. Иногда я возвращаюсь туда, потому что этот город очень вдохновляет меня. Первый мой визит был в 1981 году, и он был связан с исследовательской стипендией от Американского Совета Научного Общества. Мой исследовательский проект касался мультипрофессиональных учебных программ. Второй раз я приехал, когда меня пригласили на должность преподавателя философии в Институт Пратта (Pratt Institute).

Artifex: Нью-Йорк – это город больших возможностей и успеха. А что для вас является успехом?

Успех — весьма непостоянная вещь. Он приходит и уходит. Вот он есть, а через секунду его уже нет.

Если я доволен тем, что создал — это успех. Если моя работа имеет позитивные отклики зрителей и профессионалов — это тоже успех. Все это мотивирует меня создавать новые работы.

Artifex: Вам нравится читать? Какие ваши любимые авторы?

У меня не очень много времени для чтения. Если я и читаю, то в основном книги, связанные с моей профессией. У меня нет любимого автора, но если вдруг в голове возникает новая идея, то, конечно, я обращаюсь к книгам. Я стремлюсь постоянно совершенствовать свои знания.

Artifex: Какой ваш главный источник вдохновения?

Философия, научные принципы и наше восприятие. Иногда общество.

Artifex: Какие ваши любимые художники?

У меня их много. В частности те, которые смогли открыть новые горизонты в нашей профессии и вдохновить общество. Например, представители Баухуса (ред.: Высшая школа строительства и художественного конструирования в Германии). Вальтер Гропиус, Иоганнес Иттен, Ласло Мохой-Надь, Джозеф Альберс, Пауль Клее и прочие. Также российские абстракционисты (Кандинский, Малевич, Родченко, Татлин и прочие), голландские авангардисты. Ну и, конечно, множество современных художников, привнесших в искусство и наше существование нечто новое.

Artifex: Что бы вы посоветовали молодым художникам?

Заниматься тем, вот что они верят, и что они любят.
 


Интервью подготовила Татьяна Киреева.
Перевод и адаптация текста: Анастасия Теплицкая.

Меню
Обратная связь

Указывай адрес почты, по которому с тобой действительно можно связаться, иначе мы не сможем тебе ответить.

Подписаться на автора статьи

Мы любим искусство и стараемся находить для наших читателей всё самое интересное. Подпишись и получай на электронную почту уведомления о новых статьях этого автора

Яндекс.Метрика