Русский импрессионизм. Часть 1 | Artifex.ru

Русский импрессионизм.
Часть 1

«...С канонов классики смахнув частицы пыли,
Перешагнув реальности черту,
Не форточку, а окна в мир открыли,
Родили новых «измов» череду...»

Л. Розанова

Некоторое время назад он считался несуществующим в истории русского искусства. Упоминаний о нем в эпоху соцреализма в искусствоведческой литературе практически не было – он исчез из истории, как град Китеж. Да и сегодня многие искусствоведы придерживаются мнения, что большую часть художников, считавшихся импрессионистами, скорее можно назвать «русско-советскими живописцами, испытавшими влияние импрессионизма».

На наш взгляд, импрессионизм в России всё же был. Пусть не такой бурлящий, динамичный, всеохватывающий, покоряющий умы и сердца, как в Европе, но у него было свое неповторимое, немного грустное, чаще деревенское лицо. Его рождение было результатом не только влияния французского импрессионизма, но и изменений во взглядах на искусство русских художников, которые часто нагружали свои произведения большей содержательностью и предметностью, чем европейцы.

 

Одним из первых предшественников русского импрессионизма можно смело считать Илью Репина, как бы странно это ни звучало. Посетив выставку импрессионистов в 1871 году, он счел представленные картины «интересными с точки зрения техники, но решительно пустыми по смыслу». Репин не смог избежать влияния «впечатляющихся», увлекся на время Э. Мане и писал из Парижа:

«…Обожаю импрессионистов, которые все более и более завоевывают себе здесь прав...»

Не изменяя реалистическому методу, в основном Репин привносил в свои работы того периода богатство и чистоту палитры, солнечный свет и воздух, густоту и размашистость мазка, характерные для импрессионизма.

 
Эти же свойства мы можем видеть в некоторых работах Василия Поленова, который был дружен с Репиным и вместе с ним ощутил на себе влияние французских художников во время пребывания в Париже.

 

Роль Поленова в распространении импрессионизма в России даже более значительна – Серов и Коровин были одно время его учениками.

 
Константин Коровин может быть по праву назван ярчайшим представителем русского импрессионизма, достигшим новых, небывалых высот в живописном мастерстве.

Александр Бенуа писал о творчестве Константина Коровина:

«Живопись Коровина – дерзко-небрежная, грубая – казалась в XIX веке многим просто неумелой. Никто тогда не подозревал, что и живопись, и краски в этих картинах – высокого достоинства, что автор их – настоящий живописец. Недоразумение в отношении к К. Коровину – самого плачевного свойства. Оно лучше всего доказывает, как далека русская публика вообще от какого-либо понимания живописи»

Коровин был одним из первых, кто преодолел унылую назидательность, присущую некоторым поздним передвижникам, литературную описательность, освободил живопись от рутины и серо-коричневых красок, настежь открыл двери воздуху, солнцу и свету, вернул цвету его громадные эмоционально-образные возможности.

 

Его яркие, сочные, жизнерадостные картины напоминали и рассказывали всем о светлом и радостном начале, которое всегда присутствует в жизни. Сам К. Коровин говорил:

«Напрасно думать, что живопись одному дается просто, без труда, а другому трудно. Вся суть в тайне дара, в характере и трудоспособности. То, на что обращает внимание сам автор, этому нельзя выучиться»

Жизнь художника была насыщенной, полной трудов и творческих исканий.

При довольно слабом здоровье художнику удавалось успевать так много: трудиться в театре, делать эскизы для обоев, проектировать мебель, постоянно работать как живописец-станковист и преподавать в портретно-пейзажном классе Училища живописи, а затем еще и в Строгановском училище. При этом его хватало и «на бурное времяпрепровождение артистической богемы; на отшельническую жизнь охотника и рыболова в деревне; на яркие и мимолетные вспышки сердечных увлечений и глубокие сердечные чувства». Коровин был «артистом-художником до мозга костей», и этим объясняется поразительная безмерность его жизненных и творческих сил.

Глубоко справедливы слова С. А. Щербатова об этом замечательном художнике:

«Трем предметам глубокой искренней своей любви Коровин остался верен всю свою жизнь, а именно: России, искусству и природе»

В каждой работе, будь то большая картина, эскиз декорации или этюд с натуры, открыто, непосредственно, с замечательной цельностью выступают личность художника, его видение мира, талант, неуемная радость бытия.

«Живопись Коровина, — писал его ученик К. Юон, — образное воплощение счастья живописца и радости жизни. Его манили и ему улыбались все краски мира»

 
Абрам Архипов, родившийся в Рязанской губернии, в крестьянской семье, учившийся у Перова и Поленова, всю свою жизнь посвятил отображению в живописи почвенно-бытовой, деревенской тематики.

Он начинал как член «Товарищества передвижников» с бытового жанра, но самобытный темпераментный дар колориста привел его к импрессионизму, проникновенной передаче цветом атмосферы и духа сюжета.

 

Фигуры крестьян предстают у художника средоточиями красочной природной стихии. Воздухом и светом наполнены его пейзажи, сочная импрессионистическая манера письма, собственный стиль, тесная связь с сельской «почвой», поморской и среднерусской глубинкой выдвинули его в число основоположников особой «деревенской» линии русской живописи в ее импрессионистском варианте.
 


Русский импрессионизм. Часть 2

Меню

Хочу быть в курсе вместе с Artifex

Обратная связь

Указывай адрес почты, по которому с тобой действительно можно связаться, иначе мы не сможем тебе ответить.

Подписаться на автора статьи

Мы любим искусство и стараемся находить для наших читателей всё самое интересное. Подпишись и получай на электронную почту уведомления о новых статьях этого автора

Яндекс.Метрика