Его называют одним из самых влиятельных теоретиков, философов, композиторов и художников ХХ века. Его теории и произведения до сих пор остаются объектами вдохновения и горячих обсуждений для музыкантов и художников. Среди сторонников и противников его идей можно найти великое множество очень талантливых людей, многие из которых стали пионерами целых музыкальных направлений или же великими исполнителями своего жанра. В этой статье мы поговорим о Джоне Кейдже (John Cage) и о его пути к созданию одной из самых важных и скандальных работ в его карьере под названием «4’33».

Как композитор Джон Кейдж начал свой путь в 30-ых годах прошлого столетия. Ему повезло стать учеником известного австрийского композитора Арнольда Шёнберга (Arnold Schönberg), однако перед этим Кейджу предстояло пройти весьма тернистый путь. Поначалу его навыков явно не хватало для того, чтобы Шёнберг взял его к себе в ученики. Поэтому Кейдж на протяжении нескольких месяцев берёт уроки музыки и параллельно с этим зарабатывает на жизнь мойщиком стен. Кейдж усердно репетирует каждый день. Частенько на сон он выделяет всего четыре часа в сутки, но такой подход в итоге принёс плоды. Когда в 1933 году Джон Кейдж подошел к Арнольду Шёнбергу с просьбой взять его к себе в ученики, он уже обладал достаточными навыками и знаниями, и Шёнберг, увидев юноше потенциал, согласился вести обучение бесплатно, но взамен взял с новоиспечённого ученика обещание, что тот посвятит всю свою жизнь музыке.



В своем учителе Кейдж видит воплощение идеального композитора, он буквально боготворит его, однако, несмотря на все свои старания, ему так и не удаётся достичь тех же высот. Спустя два года, он покидает Шёнберга, так в полной мере и не научившись чувствовать гармонию и писать музыку, но Кейдж уходит с решительным намерением достичь этих целей другим способом, и на протяжении долгих лет он не забудет обещание, которое он дал в самом начале своего пути.

Именно тогда Кейдж начал видеть классическую западную музыкальную культуру весьма ограниченной. Его целью стало найти новое звучание и совершенно иной подход к созданию композиций. Впоследствии, в одном из интервью Арнольд Шёнберг вспоминает о Джоне Кейдже как о единственном интересном ученике из Америки, который пусть и не был композитором в его глазах но являлся гениальным изобретателем. И первое изобретение за авторством Кейджа не заставило себя долго ждать. Из-за ограниченного пространства театра, при написании композиции для танца Севиллы Форт (Syvilla Fort), Кейдж осознал, что не имеет возможности использовать перкуссионный оркестр, с которым он работал в то время. И тогда он решил написать композицию для имеющегося в театре фортепьяно, но не совсем обычным способом. Открыв крышку инструмента, он стал класть на струны и между ними различные предметы, которые меняли оригинальное звучание инструмента, создавая некий перкуссионный эффект. Используя метрономы и хронометры, на основе ритмики танца Севиллы Форт, он написал композицию для того, что впоследствии получило название «подготовленное фортепиано».

 

 

Какие конкретно предметы Кейдж положил внутрь инструмента для создания той музыки сейчас понять довольно трудно. Многие критики пишут о разнообразных столовых приборах и канцелярских предметах, а некоторые даже упоминают снег, но Кейдж, смеясь, лишь опровергал все эти догадки. В дальнейшим он продолжил развивать свою находку, создавая с ее помощью новые произведения и добавляя все больше предметов внутрь фортепиано, выполненных из таких материалов, как различные виды дерева, бамбук, резина и металл.



Данное изобретение в дальнейшем использовалось многими композиторами того времени, например, одним из друзей Кейджа — Кристианом Вульфом (Christian Wolff). В массовой культуре стоит отметить использование подготовленного фортепиано при записи тринадцатого альбома «Lodger» невероятного Дэвида Боуи (David Bowie), а также нельзя обойти стороной талантливого немецкого музыканта Фолькера Бертельманна (Volker Bertelmann), более известного под псевдонимом «Hauschka», который использует подготовленное фортепиано во многих своих произведениях.



Сороковые годы стали одними из самых тяжёлых в жизни Кейджа. Его деятельность как музыканта не приносила достаточного дохода. В какой-то момент из-за нехватки денег он оказался на грани жизни и смерти, однако даже несмотря на это Кейдж продолжал экспериментировать со звуком и создавать новые композиции.



В 1951 году Джон Кейдж получает в подарок от Кристиана Вульфа книгу «I Ching», которая изменила не только его жизнь, но и всё творчество.

 

 

Из древнего китайского писания Кейджа больше всего вдохновила система, используемая в древнем Китае для гаданий, основанная на принципе чистой случайности. Впоследствии Кейдж использовал эту систему как инструмент для создания музыки. Он верил, что последовательность случайных событий — единственный верный подход к созданию музыкальных произведений, определению их продолжительности, ритмики. Это был тот самый подход, который Кейдж искал с тех пор как ушёл от Шёнберга. Именно система случайностей из книги «I Ching» легла в основу создания самой важной и скандальной работы Кейджа — «4’33».

Премьера четырёх минут и тридцати трёх секунд тишины состоялась в 1952 году в Вудстоке. Во время исполнения данной композиции знаменитый пианист и исполнитель Дэвид Тьюдор (David Tudor), выйдя на сцену и поклонившись зрителям, сел за фортепиано и несколько раз открыв и закрыв крышку инструмента, ушёл со сцены спустя четыре минуты и тридцать три секунды, не сыграв при этом ни единой ноты. К сожалению, записей того выступления не существует, однако мы можем насладиться более поздней версией этой работы в исполнении Вильяма Маркса (William Marx).



Данное произведение породило бурю скандалов и негодования как со стороны зрителей, так и со стороны многих композиторов того времени. Репутация Кейджа из-за радикальной работы «4’33», а также из-за нового подхода к написанию музыки была изрядно подпорчена. Однако почему же Кейдж решил представить всему миру своё произведение? Для того чтобы понять это нам необходимо немного вернуться во времени. Ровно за год до премьеры тихой композиции, помимо подарка Вульфа, с Кейджем произошло ещё два знаменательных события, которые вдохновили его на создание «4’33». Одно из них — это посещение Джоном так называемой безэховой камеры. Это особое пространство, поверхности которого состоят из звукоизолирующего материала.

 

 

Кейдж посетил его в надежде ощутить, что такое настоящая полная тишина, однако войдя туда, он сильно удивился, услышав неизвестный ему ранее шум, источником которого, как он впоследствии выяснил, являлся его собственный организм. Таким образом Кейдж пришёл к откровению, что в мире не существует такого понятия как полная тишина. Закрепило это осознание встреча композитора с художником Робертом Раушенбергом (Robert Milton Ernest Rauschenberg), который выставлял в тот момент свои «Белые картины» (White Paintings). Кейдж отметил, что в зависимости от положения освещения и того, как тень зрителя падала на холст, оттенок белого изменялся, таким образом, картины никак нельзя было назвать одинаково белыми. Это окончательно вдохновило Джона на создание работы, получившей в итоге название «4’33» и позднее Кейдж, даже писал, что «белые картины были первыми; моё тихое произведение появилось позже». Мысль, которую Кейдж хотел донести до аудитории, заключалась в том, что не существует такого понятия как тишина, что мир переполнен различными случайными звуками. Он хотел, чтобы во время выступления слушатели обратили внимание на ветер за окном, на звуки дождя, на перешёптывающихся людей, на шаги тех, кто решил уйти и прочие малозаметные мелочи. Он хотел подчеркнуть важность всех этих звуков. Кейдж искренне считал, что эти случайные шумы являются музыкой в той же степени, что и произведения, написанные для фортепиано, и чтобы оценить их, нужно лишь внимательно прислушаться к ним.

Позже Кейдж начнёт писать и говорить о том, как в будущем музыка изменится, включая в себя самые разные звуки и шумы, а композиторы будут использовать для её создания любые инструменты и материалы. Его лекции и статьи станут источником вдохновения на целые поколения вперёд. Своим героем его назовут такие музыканты, как Том Йорк, а в основе своей практики идеи Кейджа будут использовать люди вроде Брайана Ино. «4’33» будет не раз исполнена не только на музыкальной сцене, но также в театре и даже в кино.



Довольно трудно переоценить тот вклад, который Джон Кейдж внес в современную культуру. И пусть далеко не все его идеи нашли своих последователей и среди многих музыкантов и композиторов нашего времени есть те, кто не согласен с его подходом, можно уверенно сказать, что без Кейджа мы бы не услышали множества различных прекрасных вещей.
 


Автор: Иван Никич-Криличевский