Лёша Курбатов — иллюстратор с большой буквы | Artifex.ru

Лёша Курбатов — иллюстратор
с большой буквы

Этого человека можно смело назвать Иллюстратором с большой буквы. Его работы очень качественны и креативны, поневоле начинаешь гордиться тем, что он – твой соотечественник и современник. Иллюстрации Лёши Курбатова умело аккомпанируют многим произведениям талантливых писателей. Он умеет подстраивать картинку под текст так, будто она изначально родилась вместе с ним.

Художник рисует для самых известных российских и зарубежных журналов и интернет-ресурсов. Все его работы выполнены в узнаваемом стиле: персонажи и пейзажи сливаются воедино, образуя удивительный ребус, который приковывает внимание. Детали на его картинках так и просятся быть рассмотренными, а общая композиция восхищает.

 

Лёша Курбатов оказался не только талантливым иллюстратором, но и очень интересным рассказчиком. Специальный корреспондент Artifex Алина Кроткая задала ему несколько вопросов.

Artifex: Почему Вы связали свою жизнь именно с иллюстрацией? Почему выбрали, например, не традиционную живопись, не татуировку, не дизайн интерьера?

Всё идёт из детства, а в нём не хватало книг с картинками. На рубеже 80-х и 90-х годов почти не издавалось хорошей красочной литературы. Однажды мне достался сборник «Сказки Сан-Марино» с большими разворотными иллюстрациями. Захотелось сделать этот мир ещё реальнее, и между страницами я положил цветы зверобоя, душицы и бабочку «павлиний глаз», а сами пейзажи сбрызнул одеколоном. Так что иллюстрация была сразу и навсегда.

Позже, уходя в книжку или журнал, как в параллельный мир, я не предполагал, что придётся залезать и в другие миры – рекламные материалы, интернет-ресурсы, портреты и прочее, где тоже есть место изображению.

Artifex: В чём заключается сложность работы иллюстратора в современном мире?

Думаю, вся сложность в самом иллюстраторе. В нас самих столько возможностей, что мы часто капризничаем. Сегодня любой может сделать иллюстрацию, сидя у себя в деревне за столом, и через минуту её увидит арт-директор хорошего журнала на той стороне земного шара. Звания, сообщества и привилегии потеряли значение. То есть, мы, наконец, можем сосредоточиться на качестве продукта, забыв о борьбе, дрязгах и зависти. Мир упрощён. Сложность в том, что надо быть честным с самим собой всегда, но это и по жизни сложно, чего уж говорить о профессии.

Artifex: Ваше воображение впечатляет: на своих иллюстрациях Вы превращаете «Лондонский глаз» в колесо от велосипеда, а дуги моста – в брови. Все эти идеи рождаются спонтанно, или Вы долго думаете над нужными образами?

Это один из крючков, которым можно и нужно цеплять внимание. Иллюстрация, в отличие от текста, не имеет возможности вовлечь зрителя со временем.

Знаете, говорят: «Мне хватило 10 страниц, чтобы понять, какой плохой роман». Для писателя, я считаю, это − настоящая роскошь! Если речь о художнике, то смотрят 1-2 работы и сразу выносят вердикт. Поэтому здесь нужно выложиться в секунду. Конечно, какие-то образы плавают в голове, совпадают в узор, но в целом рисование – довольно планомерное занятие, спонтанность может сбить с пути.

Artifex: Вы вчитываетесь в тексты, для которых рисуете, или Вам достаточно одного заголовка?

Текст желательно разобрать на винтики, посмотреть из чего он составлен и восхититься, если всё сделано мастерски. Так что я всегда смотрю на имя автора и радуюсь, когда узнаю нового человека, вижу хороший текст. Но вообще, надо сказать, что журнальный иллюстратор читает не слишком большие материалы.

Artifex: К какому произведению Вы очень хотите сделать иллюстрацию, но возможности не представлялось?

Очень хотелось бы иллюстрировать Набокова. Его текст – это не привычная схема «прочти и представь», а полное погружение и даже неузнавание себя в том, что почувствовал. Это эффект абсолютного присутствия: во многом за счёт того, что ощущаешь запах и слышишь звук происходящего. Здесь очень сложная, почти невозможная задача аккомпанировать, потому и хочется попробовать.

Artifex: Вспомните свой первый заказ от солидного журнала. Какие чувства Вы испытали в тот момент? Что это была за иллюстрация?

Это был рассказ Людмилы Петрушевской «Чарити» для журнала «Сноб». По наивности я сказал, что на одну картинку мне нужна неделя, и тут же получил ответ: такое невозможно. Вот так, в эйфории от первого большого заказа, пополам с паникой, была сделана серия работ: очень старательная, усердная, и, конечно, не самая удачная. Но в тот момент, когда подошёл к прилавку, купил журнал и открыл разворот, внутри часто запрыгал мячик: счастью не было предела.

 

Artifex: Я читала Ваши интервью и различные посты. Вы так интересно и метафорично излагаете свои мысли! Вы пробовали себя в писательском деле? Или, может, Вы просто очень много читаете?

Читать всегда нужно больше, но если весь день работаешь с графикой, к концу дня глаза не принимают текст. Поэтому всё спасение в передачах и фильмах, которые ставлю слушать. Пост – дело хорошее, но идёт на выдохе. В остальных жанрах нужно развитие мысли, точёные формулировки, чувство композиции, ритм: то есть, то же самое, что и в иллюстрации, но на другом языке. В общем, очень хотелось бы написать крупно, и чтобы сразу складно, увлекательно, неглупо, но это отдельное большое ремесло.

Artifex: Вы рисовали обложку для пластинки «Душа поэта» со стихами Есенина и музыкой Горшенева из «Кукрыниксов». Чем была интересна работа над этой пластинкой?

Работать над пластинкой интересно и сложно. Нельзя забывать, что конверт для винила должен быть тщательно продуман. Его формат вынуждает зрителя рассмотреть всё, что нарисовано, это не CD-футляр, который сунул в карман и забыл. Так возникла идея сделать большую панораму: портрет Есенина с образами из стихов, летящими и перетекающими в портрет Горшенева.

Artifex: А Вы любите русский рок?

Это время и эти люди (Науменко, Дягилева, Башлачев, Гребенщиков, Шевчук и другие) мне всегда были интересны, но их музыка прошла мимо. Я люблю джаз (почти все его течения), и это навсегда.

Artifex: Вы рисуете только дома или всегда носите планшет с собой?

Где-то в 2006 году я увидел небольшой планшет Wacom. А с 2008 года он всегда со мной, что, конечно, не вполне удобно, поскольку весит 12 кг. Я грезил о прогрессе и упрощении, но следующая модель, на которую надеюсь, весит уже 36 кг. Думаю, это идеально подходит для того, чтобы навек связать себя с рисованием и не вылезать из дома.

Artifex: У Вас есть мечта? Какая?

Довольно простая: дети от любимой жены. Но есть и подробности.

В нашей стране большинство живёт, как в съёмной квартире: пандус для инвалидов сделан для кого-то, но не для себя, еда производится для населения, но не для личного употребления. Чтобы собрать российскую мебель, нужен инженерный мозг, а в общественных туалетах не спускают воду – потому что не дома. Все устроено так, будто мы сами себе враги. А, между прочим, пока прожуёшь эти сложности на каждом шагу, в театр или музей уже не тянет – вот она сила материального.

Очень хочу, чтобы мои дети не жили в этой обречённой зависимости, могли менять реальность и планировать будущее.

Artifex: Чем Вы увлекаетесь, кроме рисования?

Люблю готовить, инстаграмить и кататься на велосипеде. Идеально, если это получается в один день, сразу ощущение, что всех обманул и побывал в отпуске.

Artifex: Что поднимает Вам настроение, когда грустно?

В такие минуты прошу жену петь голосом Билли Новика из Billy’s Band. Разрешено слушать только мне и не всегда, в этом и ценность момента. Есть второй способ, трудоёмкий: походить час − два по улицам, вернуться, посмотреть кино и поспать. Утром у тебя снова смеётся и поёт голова!

Artifex: Благодарю Вас за очень интересный разговор!

Меню
Обратная связь

Указывай адрес почты, по которому с тобой действительно можно связаться, иначе мы не сможем тебе ответить.

Подпишись на автора статьи

Мы любим искусство и стараемся находить для наших читателей всё самое интересное. Подпишись и получай на электронную почту уведомления о новых статьях этого автора

Яндекс.Метрика